Шарова Галина

Журнал "Сделай шаг", № 1 (51)

http://journal.downsideup.wiki/ru/article/view/1650

 

 

Социальные волонтерские проекты «Открытая среда» и «Пространство радости» работают в Санкт-Петербурге уже 11 лет. Они были созданы для людей с особенностями в развитии эмоционально-коммуникативной сферы и всех тех, кто хотел бы узнать их поближе. Что мешает окружающим принять необычных людей и как изменить существующее положение вещей? Своими выводами из практического опыта работы делится Галина Шарова, психолог, создатель направления «Открытая среда», руководитель проекта «Пространство Радости» (СПб БОО «Детский кризисный центр») 

Тема, которая… затрагивает всех

    Лично моя жизнь значительно обогатилась от того, что в ней так рано появились дети с самыми разными нарушениями развития, это заслуга бабушки – Галины Алексеевны Леоновой, она была замечательным логопедом-дефектологом. И я особенно благодарна ей за то, что услышала от нее в детстве такие слова: «А это – ребятки с синдромом Дауна, они очень хорошие, добрые, ласковые. Очень люблю их!», а затем доступно рассказала о причине их особенностей. Потом я часто повторяла эти слова разным людям, они звучат убедительно, потому что сказаны очень лично и просто. Именно так и нужно говорить с ребенком, чтобы он запомнил и не боялся отличных от себя людей.

    Отношение к людям с особенностями развития формируется у здорового ребенка под давлением общественного стереотипа: игнорирования, жалости, опасений разного рода и недоверия к людям с иным развитием. Всю мощь его давления мы, взрослые люди, можем ощутить, задав себе пару вопросов: «Много ли среди моих близких людей с особенностями развития? Если нет, то почему? Если да, то много ли их было до того, как жизнь столкнула меня с их проблемами в личной или профессиональной жизни?». Пауза на размышление…

    Если мы задумаемся не о жестоком обществе, которое не принимает любимых нами людей, а о себе самих, то сможем по-новому взглянуть на эту проблему и понять, из решения каких внутренних и внешних задач должен складываться путь нашего общества к реальной инклюзии[1]. Часто  движение к переменам, которых мы ждем от общества, пролегает через наши собственные страхи и предрассудки - спутанные в один клубок , импульсивно переданные и проглоченные так рано, что даже невозможно вспомнить, откуда они появились.

    Как же формируется у обычного ребенка (в том числе и у нас с вами когда-то) восприятие, а затем и устойчивое отношение к человеку с особенностями развития? Его основа состоит:

  • из собственных наблюдений и наших детских чувств при первых встречах;

  • из чувств значимых для нас в то время взрослых, полученных и воспринятых нами какэмоциональные послания от них в тот момент;

  • из скопированного нами в детстве поведения значимого взрослого при встрече с человеком с нарушениями;

  • из того, что мы услышали от него в качестве комментария.

     В первые годы жизни интерес ребенка распространяется абсолютно на все, что он видит в окружающем мире, и в равной мере на людей иных. Представьте: встречаются на детской площадке два малыша с различиями в развитии, они начинают с интересом и радостью изучать мир вокруг и друг друга. Дети накапливают эти знания, но оценить их сами не могут, и о том, как нужно относиться к какому-то явлению жизни, рассказывают им взрослые. Какие сходства и различия являются важными, а какие несущественными,  определяет за ребенка именно взрослый, и крайне редко он делает это осознанно. При этом чувства и модель поведения считываются ребенком со значимого для него взрослого бессознательно, мгновенно и прочно, и происходит это в тот период жизни, когда закладывается фундамент детского мировосприятия, особенно по параметру «опасность-безопасность».

    Конечно, ни один здравомыслящий взрослый не видит опасности в маленьком ребенке, даже особенными, но чувства живут отдельной от сознания жизнью, и поэтому то, что будет думать, говорить и делать взрослый человек, может сильно отличаться между собой. Смятение чувств взрослого почти неизбежно в ситуации встречи с человеком с нарушениями, потому что его опыт наполнен многими знаниями о «больных», историями отвержения [2]. В этом смятении, может быть, процентов пять чувств вызваны его собственными мыслями непосредственно об этом человеке или семье, а остальные девяносто пять не имеют к ним ни малейшего отношения Они возникли из его опыта соприкосновения с темой «больной» и давних переживаний. Здесь перемешаны боль и страх, жалость и печаль,  стыд и другие трудно осознаваемые чувства.

     Так человек с особенностями развития становится для здоровых как бы маркером нежелательной темы. Не желая встречаться со своими болезненными чувствами, обычные люди часто дают своему ребенку установку: «Не стоит обращать внимание, если с человеком что-то не так: ты можешь ранить и его самого, и его родителей». Это установка на заботу о ближнем является, скорее, механизмом, защищающим от излишней траты себя, а в конечном счете, изолирующим людей друг от друга. И совсем не так очевидно, кому от этого хуже: тому, кого «оставляют в покое» или тому, кого уводят от заинтересовавшей его встречи.

     Уводят не обязательно буквально, физически, но эмоционально. В лучшем случае, став взрослым, человек еще вернется в подобную ситуацию и сможет продолжить незавершенное знакомство с миром людей, которые постепенно оказались за границами сферы его интересов и жизненных ценностей. 

Что означает для нас быть «больным»?

     Самое неприятное в теме болезни для человека как существа социального -  это изоляция. Особенно это касается любых нарушений психического здоровья. Здесь социум ведет себя наиболее категорично и грубо. Известное стигматизирующее ругательство «больной!» относится именно к сомнению в здравом уме человека. Его часто используют, чтобы дать понять, чего делать не нужно, если ты хочешь находиться в «здоровой» среде. И этот ход срабатывает, ведь никому не хочется, чтобы его сочли за больного и прекратили с ним общение или обошлись бы еще более резко и принудительно. Больным быть стыдно и страшно, ведь тебя отвергнут. Самый богатый опыт обучения общепринятому поведению приходится на школьный возраст. На этом этапе всем нам приходится познакомиться с такими инструментами социализации, как прозвище, клеймо, высмеивание нестандартного поведения. Ребенок учиться скрывать некоторые свои особенности, иногда опасаясь проявить креативность и спонтанность, чтобы его не сочли «ненормальным» и не отвергли. Может ли человек, «социализированный» таким образом, с легкостью и готовностью принять другого с нарушениями развития? Бывает, но редко! Скорее, после такой социализации мы сами нуждаемся в реабилитации. 

Шаги навстречу друг другу

Можно ли повлиять на общество, чтобы оно несколько расслабилось в отношении своего страха, связанного со статусами «больной» и «не как все»? Да, можно.

     Шаг 1. Важно преодолеть свою зависимость от оценки чужого субъективного восприятия, в котором больше страхов и фантазий, чем самого человека с реальными действиями, мыслями, чувствами. Легко сказать..!

     Шаг 2. Нужно, чтобы рядом с особенными людьми были другие люди, которые понимают, что болезнь   – это не главное в человеке, и уж совсем не то, о чем все время нужно напоминать. Люди, которым они интересны, которым приятно быть с ними вместе. Вот здесь возникает огромное поле задач перед самим особенным человеком, перед его родителями, так как он перестает быть «носителем диагноза», а они уже не являются «родителями ребенка с диагнозом…».  Для достижения цели важно чувствовать и осознавать свою ценность и привлекательность для других (см. Шаг 1), это создает необходимую атмосферу легкости, в которой рождаются новые чувства и происходит постепенная смена отношения.

     Шаг 3. У  «здорового» человека, вступающего в контакт с особенными людьми, тоже есть поле не менее трудных задач, связанных с преодолением своих стереотипов. Очень важно, что не от человека с особенностями закрыт «здоровый», а от своих неясных и тягостных чувств, от всего накопленного им опыта о болезни,  отвержении и инаковости.

Разные или похожие?

     Еще один ракурс, в котором хочется рассмотреть встречу двух людей: на что мы обращаем внимание: на сходства или на различия? Гармонично, когда это единый процесс. Однако в случае встречи с человеком с нарушениями развития внимание взрослого значительно больше фиксировано на отличиях, поиск сходства – это отдельный труд, который далеко не каждый будет проделывать. Например, определенные черты лица могут стать столь важным знаком различия между одним человеком и другим, что на прочие черты и особенности потом никто не будет обращать внимание. В таком случае сравнение происходит по принципу «найди различие». Разумеется, что в описанной ситуации интереснее было бы поискать сходства, эта работа поддержала бы контакт, а вместе с тем, и взаимный обмен ценным содержанием: информацией, энергией, накопившимся жизненным опытом, - всем, что ценно в общении с Другим. Однако, чтобы искать сходства, нужно проделать работу по перестройке уже существующих и привычных поведенческих программ, исключающих людей с нарушениями из предпочитаемого круга общения. Так и получается, что этот круг мы сужаем сами, неосознанно, но устойчиво, передавая не совсем осмысленный опыт друг другу и следующим поколениям. Здесь, скорее, срабатывают этологические механизмы нашего поведения, согласно которым мы ведем себя как представители биологического вида, а не как четко осознающие свой выбор индивидуальности.

     Конечно, невозможно заставить себя принять человека, которого боишься, не понимаешь, которому не доверяешь. Другое дело, если кто-нибудь покажет, что это возможно и что это очень позитивный процесс. Тогда, со временем, и я смогу почувствовать безопасность, освободиться от тех спутанных чувств, которые сопровождали мой образ человека с нарушениями, «больного». 

Где же найти такие места, оказавшись в которых станет ясно, что между нами нет пропасти, что сходства важнее, чем различия?  Пора создавать такие места, куда смогут и захотят приходить обычные люди, чтобы общаться с людьми, имеющими особенности в развитии. Важно помнить, что только живое общение сможет наладить прерванный когда-то контакт с этой частью социума, возродить интерес к людям, непохожим на нас, избавить от тяжелых и спутанных чувств, вытеснив их другими, светлыми и осознанными. 

Мы вместе: наш опыт

     Мы попробовали создать такое пространство, где осуществляется практическое исследование инклюзивных процессов, происходящих в обществе, и одновременно влияние на эти процессы. Сейчас в этом направлении работают два проекта, оба – волонтерские. Они не ставят задач коррекции, лечения, обучения, требующих от волонтеров профессиональной компетентности. Работа в них построена в формате встреч друг с другом и с разными людьми, пришедшими специально (в «Пространство Радости») или случайно (в «Открытую среду»). Возраст участников – от старшего подросткового и выше, мы ведем работу с теми, кто уже вышел из детства, но не может адаптироваться в мире взрослых, именно они испытывают одиночество наиболее остро. Также к проекту подключаются  умные и осознающие проблему специалисты, люди с богатым жизненным опытом и позитивным отношением к жизни и молодежь, которая хочет жить по-новому и душой стремится к помощи и принятию.

    Сначала был создан проект для подрастающих детей с эмоционально-коммуникативными нарушениями (в основном с расстройствами аутистического спектра) и для их семей «Пространство радости». Он возник в рамках работы благотворительной общественной организации «Детский Кризисный Центр». Чесменский дворец, где еженедельно происходят встречи, стал родным для всех участников проекта: как для людей с особенностями развития, так и для членов их семей и волонтеров. Потребность в контакте и удовольствие от него – основная цель и результат работы. В ценности этого для ребят, имеющих проблемы с общением, думаю, нет сомнений.  Но мы особенно рады тому, что  у волонтеров-участников проекта тоже образуются эмоциональные связи с ребятами, удовольствие от общения и совместного творчества. Это эффект Пространства, которое постепенно меняет сознание людей. Сколько волонтеров за это время прошло через проект – не подсчитать. Некоторые заглядывают и не остаются, но уносят с собой удивление и радость, а это немало! А кто-то приходит к нам не один год, составляя сообщество, живущее своей насыщенной жизнью.

Структура встреч проекта «Пространство радости»

     Первый час. Сбор и чаепитие. Неорганизованное общение постепенно собирающихся участников. Это абсолютно спонтанная часть встречи, и свобода выбора собственных действий на этом этапе максимальная.

     Второй час. «Общий круг», во время которого мы делимся новостями, мыслями, чувствами, отвечаем на вопросы и обсуждаем любые заинтересовавшие нас темы. Здесь неизбежно приходится внутренне организовать себя на слушанье, иначе одновременное общение всех со всеми просто не состоится. Свобода выбора участия и здесь абсолютная: если не хочешь или устал – выходишь отдохнуть.

Третий час. Творческие активности: рисуем, поем, танцуем, ставим спектакли, делаем мультфильмы и т.д. Часто к нам заглядывают гости: музыканты, артисты, художники и другие интересные люди. Содержание этой части зависит от предложений участников, от их возможностей и потребностей на данный момент.

После общей встречи – главная часть – внутренняя работа волонтеров, где они обсуждают со специалистом возникшие за время встречи ситуации и способы их решения, рассказывают о своих чувствах. Это гибкий формат: и консультирование, и совместный анализ происходящего, и индивидуальные размышления. Фокус внимания – на чувствах, желаниях, наблюдениях.

     Для работы в таких проектах нужны специалисты, умеющие вести индивидуальную и групповую работу с разными категориями людей, знакомые непонаслышке с клинической психологией, дефектологией, психотерапией, но умеющих применять свои профессиональные знания, не разрушая живой контакт «неподготовленных» людей. Ими могут стать практические психологи, психотерапевты, грамотные специалисты в области коммуникации. Сопровождать процессы движения людей друг к другу нужно, не обучая их, а обучаясь у них тем способам, которые они находят сами.  Волонтеру придется проделывать свою внутреннюю работу, она не может быть навязана ни по темпу, ни по интенсивности, ни по формам. Главным условием успешности этой работы является свобода, отсутствие требований, чтобы человек мог заниматься ею в состоянии комфорта, а не по обязанности.

     С течением времени вырабатывается уникальная культура общения внутри такого сообщества, бережное отношение к общим ценностям. И тогда наступает момент, когда можно начинать встречаться не только в специально организованных для этого местах, но и в уже существующих городских культурных пространствах: коворкингах, анти-кафе, библиотеках и др. Многие люди с особенностями развития по-прежнему не имеют внутреннего доступа на такие «праздники жизни», как вечер в кафе, общие для всех мероприятия и т.д. Понятно, что их сознание сможет перестроиться только тогда, когда им станет достаточно комфортно внутренне, а чтобы этот комфорт ощутить, необходимо принятие. Это принятие мы и создаем друг для друга.

Структура встреч проекта «Открытая среда»

     Встречи проходят в культурных пространствах города, где проводят досуг самые разные люди.

Они начинаются с предварительного знакомства с местом, с администраторами и работниками заведения, в которое мы хотим прийти с ребятами и их родителями. Затем мы планируем встречу вместе с волонтерами проекта или со всеми участниками, обсуждаем творческую идею и план с администрацией, делаем афишу. Мероприятие обычно широко анонсируется как культурное событие кафе или клуба, открытое для всех желающих, наравне с концертами или кинопоказами.

     Встреча продолжается два часа. Формат всегда предусматривает знакомство с местом, чаепитие, одно или несколько творческих занятий, в которых смогут при желании участвовать все посетители этого заведения: игры, короткие спектакли, мастер-классы. Затем волонтеры остаются на обсуждение, внимательно выслушивают впечатления работников заведения.

   Сегодня мы можем с уверенностью говорить о том, что создавать такие проекты необходимо и возможно, что особое внимание нужно уделять эмоциональному состоянию каждого из участников и в целом атмосфере встреч. В это время происходит взаимное обогащение: люди с особенностями развития постепенно включаются в жизнь общества, а общество, в лице волонтеров, принимая отверженную часть себя, постепенно меняется. Люди освобождаются от страха спонтанности, нестандартности и богаче ощущают свою индивидуальность.

     Мы открыты для новых контактов и готовы делиться опытом. О том, что происходит в проектах, можно узнать здесь:

vk.com/club700108 vk.com/otkrytayasreda; 

http://deticenter.org  и  http://otsreda.com.

E-mail: 5670187@mail.ru,prostranstvo.radosti@mail.ru 

[1] Инклюзия – это процесс реального включения людей с особенностями развития в активную жизнь общества, который в одинаковой степени важен для всех его членов. Инклюзия предполагает разработку и применение конкретных решений, которые смогут позволить каждому человеку равноправно участвовать в  общественной жизни.

[2] Отвержение – это внутреннее или внешнее действие, которое проявляется как отказ принять определенные стороны действительности. Также это состояние, в котором находится отверженный, связанное с переживанием неудовлетворенности и боли. Наряду с травматичными последствиями те же переживания могут стать стимулом к развитию независимости и самодостаточности. Одним из психологических защитных механизмов может стать  отрицание – нежелание признавать существование чего-то небезопасного (событий, чувств, мыслей). Когда эта защита исчезает, человек может обнаружить, что какую-то информацию он вовсе не воспринимал, как существующую или имеющую для него смысл.

 

Санкт-Петербург

gsharova@otsreda.com

8 (905) 210-92-96

  • Facebook Social Icon
  • Twitter Social Icon
  • Google+ Social Icon
  • YouTube Social  Icon
  • Pinterest Social Icon
  • Instagram Social Icon